hyppocampus

Группа многопараметрического анализа ЭЭГ (Лаборатория психофизиологии ИВНД и НФ РАН, зав. лаб. проф. В.Б. Стрелец) ищет заинтересованных молодых специалистов на ставку/полставки м.н.с, или для поступления в аспирантуру, а также студентов для специализации и написания дипломных работ с последующим трудоустройством.

Основные направления исследований лаборатории:
- Нейрофизиология психических расстройств (шизофрения, депрессия, аутизм, истерия);
- Электрофизиологические корреляты устойчивых индивидуальных характеристик и способностей;

dalaam

То, что происходит с нами в жизни, может влиять на состояние психики через эпигенетические изменения, которые включают или выключают определенные гены, не затрагивая их самих.

Мэт - учитель истории. Его брат-близнец Грег - наркоман. (Имена героев нашей истории изменены.) Они выросли в пригороде Бостона. Оба хорошо учились в школе и в институте, увлекались спортом, отлично ладили со сверстниками. Как и многие молодые люди, временами выпивали лишнего, курили, иногда марихуану. Однажды попробовали кокаин. Для Грега это знакомство оказалось роковым.

Вначале все было нормально: Грег ходил на занятия, общался с друзьями. Но вскоре наркотик заполнил собою всю жизнь: учеба отошла на второй план, ради денег Грег брался за любую работу, нигде подолгу не задерживаясь, постоянно конфликтовал с персоналом, прогуливал, становился все более неуправляемым, иногда впадал в ярость. Несколько раз полиция задерживала его за кражи - наркотики требовали денег. Многократные попытки лечиться от наркозависимости ни к чему не привели. К тому времени, когда суд направил Грега в психиатрическую лечебницу, он - в свои 33 года - был законченным наркоманом, нищим бомжем, отвергнутым родными.

Почему же Грег оказался настолько восприимчивым к наркотическому дурману, разрушившему его жизнь? и как избежал такой же участи его брат - идентичный близнец? Ведь гены у обоих одинаковые! Почему одни, попробовав тот или иной наркотик, уже не могут без него обходиться, а другие к нему больше никогда не возвращаются?

dalaam

Все существующие антидепрессанты оставляют желать лучшего. Их действие ощущается только через несколько дней после начала приема, а многим они вообще не помогают. Фармакологи занимаются активными поисками более эффективных средств против депрессии.

К тому времени, когда молодая женщина под ником blueberry octopus («черничный ось¬миног») рассказала на веб-сайте Experience Project о своих попытках справиться с беспокойством и тревогой, она уже три года принимала антидепрессанты. Вначале «сидела» на паксиле, одном из пре¬паратов группы избирательных ингибиторов обратного захвата серотонина (SSRI), но решила отказаться от не¬го, поскольку он подавлял половое влечение. Затем пе¬реключилась на противотревожное средство ксанакс. Сексуальные расстройства исчезли, но ценой возвра¬та психических симптомов. Снова вернулась к паксилу, затем перешла на лекзапро (другой SSRI), после чего на пристик, относящийся к группе ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина (SNRI).

Сейчас она принимает еще один препарат группы SSRI, золофт, плюс велбутрин («двоюродный брат» SSRI, который влияет на активность дофамина и норадреналина), снимающий побочное действие золофта на сексуальную сферу. «Я не заметила ощутимого эффекта от приема велбутрина, но, возможно, оттого, что моя доза слишком мала, - пишет пациентка. На следующей неделе я собираюсь к психиатру. Кто знает, может быть, мне помогут».

Мы имеем дело с типичным случаем подбора антидепрессанта для лечения не только депрессии как таковой, но и сходных расстройств методом проб и ошибок. Эндрю Соломон (Andrew Solomon), автор популярной книги о депрессии «Полуденный демон» (The Noonday Demon), назвал такую тактику «игрой в дартс».